Профсоюз мигрантов
Раздел: Главная arrow Колонка Александра Попова arrow АЛЕКСАНДР ПОПОВ. Ее забыть нельзя
АЛЕКСАНДР ПОПОВ. Ее забыть нельзя Печать E-mail
27.01.2019 г.

 Александр ПОПОВ

ЕЕ ЗАБЫТЬ НЕЛЬЗЯ

(из цикла «Люди ушедшей эпохи»)

Есть люди одаренные от рождения. Вероятно, это тот случай, когда при появлении на свет маленького человечка мимо пролетает ангел и как бы случайно касается его крылом. После этого развитие нового члена человеческого сообщества идет по особой, предначертанной Всевышним траектории. За что бы этот человек ни брался, все у него получается на 5 баллов.

Впервые о прикосновении ангельского крыла, появившегося на свет чада, я прочитал в одной из биографий Николы Паганини, в которой приводятся его слова об этом и он сам, таким образом, объяснял свой необычайный талант.

В чем секрет сверх одаренности? До сих пор выясняют и спорят психологи, социологи, биографы. Гены, окружающая социальная среда, стечение обстоятельств?

Не буду говорить о гениях. Скажу только об одном человеке, кто был рядом с нами, был одаренным  и кто оставил о себе яркие воспоминания у своих друзей.

Этим человеком была Тамара Ивановна Карпова, в девичестве Михарева. С ней мне посчастливилось работать вместе, или лучше сказать трудиться рядом с ней в 70-80 годы в Высшей комсомольской школе при ЦК ВЛКСМ. И я, и сама Тамара Ивановна появились в  ВКШ в одно и то же время. А, если говорить конкретно о ней и быть точным, приступила она к работе 16 января 1971 года. С тех пор, можно сказать, она не прерывала связь с этим вузом до последних дней своей жизни (март 2014 года). Начала с деканства на факультете истории и коммунистического воспитания и несла эту нелегкую ношу руководителя факультета до конца учебного 1987/88 года. Как все деканы, помимо педагогической деятельности, занималась преподаванием на факультете. Как доцент Тамара Ивановна была прикреплена в различные периоды к кафедре либо философии, либо научного коммунизма, либо политологии. Преподавала как на своем, так и других факультетах вуза. Я сказал выше: «С ней мне посчастливилось работать вместе, или лучше сказать трудиться рядом…». Вначале я был где-то рядом, потому что я был переводчиком в нашем вузе и работал на других факультетах, потом был аспирантом и прикреплен был к одной с Тамарой Ивановны кафедре. В данном случае уже была возможность наблюдать за ней с более близкого расстояния, общаться на кафедре, принимать участие в заседаниях кафедры, обсуждать совместно на семинарах преподавателей важнейшие теоретические проблемы современности.

Даже не работая с Т.И.Карповой вместе, в ее деканате, ее невозможно было не видеть. Она была не такая как все, была заметной, во всем была «отличницей». По типажу личности она мне здорово напоминает героев, которых играла великая актриса советской и современной России, Мордюкова Н.В. Вышла из гущи народа. Характер как будто из некрасовского стихотворения «Есть женщины в русских селеньях» - «коня на скаку остановит, в горящую избу войдет…».

Сегодня я знаю больше о ней, чем в прошлом. В прошлом было бы неприлично и нетактично прямо в лоб спрашивать ее о ее прошлом. Я знал, что она не из Москвы, детство прошло  в Белгородской области, училась и работала в Воронежской области, потом училась в Москве в аспирантуре АОН при ЦК КПСС, защитила диссертацию, после этого была направлена на работу в ВКШ при ЦК ВЛКСМ. Кто-то в то время говорил мне, что для того, чтобы она смогла успешно учиться в аспирантуре и защитить диссертацию, муж и ее родственники в это время воспитывали ее маленького сына. Муж ее был образованным и воспитанным человеком, всячески помогал Тамаре Ивановне на ее жизненном пути, готов был жертвовать многим ради ее успеха.

Вот, пожалуй, и все что я знал о ней в то время. Ну а сегодня в век интернета, когда у меня возникла мысль написать о ней маленькое повествование, я узнал намного больше. Я набрал через поисковую систему Яндекса ее имя, отчество и фамилию и мне открылось море информации о Т.И.Карповой: о ее публикациях, воспоминаниях друзей о ней, биографии и даже ее интервью, взятому у нее одним из ее выпускников о ее жизненном пути и биографических фактах из ее жизни. Мне понравился один сайт выпускников, где помимо воспоминаний выпускников о своем декане, дается информация о жизни курса после окончания вуза, обмен информацией, своего рода «Одноклассники» этого выпуска.

Тамара Ивановна была наставником для многих студентов, которые в дальнейшем стали известными общественными деятелями и политиками. Чаще всего у меня на слуху был М.М.Прусак, вошедший в российскую политическую историю как один из самых активных реформаторов в регионах. Он четыре срока в 90-е и в начале нулевых годов занимал должность главы администрации (губернатора) Новгородской области. В первый раз был назначен на это должность, в другие разы избран или переизбран.

Не буду сейчас упоминать всех «птенцов гнезда Петрова».

Извините, я оговорился. Хотел сказать «птенцы гнезда Тамары». Поверьте – их было достаточно много.

Они, по прошествии многих лет, когда бывали при случае в своем Альма-Матер - ВКШ при ЦК ВЛКСМ (после 1991 года название и статус вуза менялся на Институт молодежи, Московская гуманитарно-социальная академия (МГСА), Московский гуманитарный университет (МосГУ) – прим. Автора)  первым делом, прежде чем решать какие-то свои дела в вузе, забегали к ней в деканат, чтобы пообщаться с ней. А кто-то и специально приезжал к ней, не имея других дел.

Она в своей работе всегда очень интересовалась всеми сторонами жизни студентов, выпускников. В связи с этим мне, наблюдая за ней как бы со стороны, казалось, что такой интерес ее несколько чрезмерен и сам я старался держать какую-то дистанцию в общении с ней. Опасался ее критики и острого языка. Тем более я моложе ее на 8 лет и между нами была дистанция даже возрастная.

Но, тем не менее, мои опасения и сомнения разрушались, когда я видел какую привязанность и доверие к ней испытывали многие студенты и выпускники. Последние общались с ней, даже закончив факультет, даже уехав в дальние края.

Вообще-то по жизни она могла стать успешным ученым – для этого у нее были все данные. По жизни она была во всем «отличницей», в советские годы неоднократно была «сталинской» и «ленинской» стипендианткой. Все дипломы у нее были «красные» и «золотые». В зачетках были только «пятерки». Ученые мужи охотно брали ее в ученики, были ее научными руководителями, когда ей приходилось писать дипломы и диссертацию. Все как бы толкало ее на научную стезю.

Но какая-то неведомая сила вмешивалась в, кажется, естественный ход ее жизни, вносила свои коррективы. Кадровики, руководители учебных заведений, комсомольских и партийных органов выдвигали ее на общественные, комсомольские и партийные должности.

Думается, причиной этому была, говоря языком Льва Николаевича Гумилева, ее пассионарность. С подросткового возраста она была всегда чрезвычайно активной, отзывчивой к людям, простой в общении, выходцем из простого народа. Вот это и перевешивало… Поэтому по жизни она в первую очередь была общественным деятелем и со временем стала педагогом.

Имея большой жизненный опыт работы в общественных и политических организациях, ей было о чем рассказать своим студентам. И от нее они получали знания, не только слушая академический курс общественных и гуманитарных учебных дисциплин.

На кафедре, когда мы обсуждали на теоретических семинарах какие-то глобальные философские проблемы, она стремилась всякую высокую теорию немного «приземлить», увязать с практикой, с жизнью, снабдить конкретными примерами. То же самое происходило при обсуждении диссертаций наших аспирантов, либо диссертаций, присланных нам на отзыв из сторонних организаций. К ней хорошо относился заведующий кафедры Журавлев Виталий Васильевич, ценил ее кругозор и информированность.

Она хорошо знала международное положение, знала многое, чего не знали другие обществоведы. Знала и внутренние наши перипетии в КПСС. У нее был широкий круг общения со своими сокурсниками и выпускниками, которые работали во всех сферах общественно-политической жизни страны. У меня, например, вызывало удивление ее знание многих вещей, которые можно было в то время получить, только зная иностранные языки. С информацией по поводу зарубежья тогда было туго. Существовали всякие спецхраны и т.д. и т.п., много информации было недоступно или закрыто. В этом плане преподаватели, бывшие переводчики за счет знания языков имели большое преимущество по сравнению с другими коллегами. Им легче было ознакомиться с заграничными первоисточниками. В связи с этим руководство охотно их ставило в группы на факультете общественных наук и факультете социалистических стран.

Тем не менее, Тамара Ивановна, не владевшая  иностранными языками в такой же степени как бывшие переводчики, знала о мире, о новых течениях и веяниях достаточно много.

Тамара Ивановна была из народа, из провинции, хотя и родилась в Москве. Отец был фронтовик, выходец из Белгородской области. Мама  тоже из этих мест. А в столице супруги оказались, лишь только потому, что папа стал метростроевцем. Но долго семья не жила в главном городе страны - здесь трудно было содержать семью. Отец сказал: «Здесь я семью не прокормлю» и переехал жить и работать в родные края.

До войны и после войны жилось народу достаточно трудно, жили, в общем-то, бедно. И когда Тамара поехала учиться в Воронежский педагогический институт, денег у нее было на дорогу только в один конец. В случае не поступления в институт, не получения стипендии и общежития, возвращение домой было бы проблематичным.

Кому то сегодня может показаться грустной эта картина. Но на самом деле молодежь поколения Тамары Ивановны, да и поколения ее отца не грустила, так как жила в эпоху колоссальных тектонических подвижек в жизни советской страны, когда миллионы крестьянских детей  приезжали в города и пополняли ряды рабочих и интеллигенции. Стране нужны были намного больше рабочих и интеллигентов, чем прежде. Говоря современным языком, это была эпоха колоссальной модернизации страны. И по сути дела рабочий класс пополнился крестьянами, крестьянскими детьми. А красная армия, в дальнейшем советская, по сути дела, стала рабоче-крестьянской. А советская интеллигенция,  по сути дела, стала тоже рабоче-крестьянской.

Вот к такой интеллигенции и принадлежала Тамара Ивановна. Она была высокообразованным человеком, культурным, сохранившим в себе искренность и открытость людей из народной глубинки.

Так, наверное, и мой отец был один из миллионов людей, кто из крестьянских сынов стал интеллигентом. Он был в 20-е годы одним из первых, кто освоил какие-то азы грамотности в далекой деревне архангельского края. Семья была многодетной, отец его (мой дед) постоянно в лесах руководил бригадами по вырубке и сплаву леса в Северную Двину. Дома бывал мало. Два старших брата куда-то пропали в гражданскую войну. И получалось так, что когда его отца (моего деда) не было дома (когда он был в лесах), мой отец, будучи подростком, был в семье единственным мужичком, на плечи которого ложилась тяжелая для подростка ноша по ведению крестьянского, домашнего хозяйства, так как остальные в доме были женщины - мать и три сестры.

Но подошло время, и страна позвала полуобразованных крестьянских парней учиться в военных училищах, доучивала их до уровня средней школы, а потом готовила из них офицеров, по сути дела давала им высшее образование.

Отец мой очень хотел идти в армию, стать военным летчиком, но мать не отпускала  его, потому что семье без него было бы трудно. Мнение родителей в те времена почиталось очень. И может быть мой отец так и остался бы в глухой деревне, если бы в какой-то момент он не выдержал и не встал перед матерью на колени, слезно уговаривая ее отпустить его и позволить ему осуществить свою мечту.

И мать отпустила… Он потом стал военным летчиком, участвовал в сражениях против милитаристской Японии,  дослужился до полковника.

Так было с моим отцом… И так было с Тамарой Ивановной. Оба они были детьми героического времени.

Тамара Ивановна, после окончания своей деканской карьеры продолжала трудиться на кафедре. В трудные 90-е годы образовала фонд помощи пенсионерам, бывшим преподавателям кафедры. Средства добывала у тех выпускников своего факультета, которым удалось стать успешными бизнесменами. Потом развозила деньги и продукты старичкам. 

Со временем ей уже было трудно брать полную учебную нагрузку, и руководство шло ей на встречу, оформляло ее на полставки, на почасовую работу. Бросать работу, расставаться с молодежью она не хотела ни в какую. Сын ее привозил на своей машине и сопровождал до аудитории. Диспетчеры факультета подбирали ей аудитории всегда на первом этаже, чтобы ей не подниматься по этажам.

Она всегда участвовала на всех кафедральных «капустниках», угощала своими огурчиками и наливочками, поздравляла всех с днем рождения.

Не порывала с кафедрой почти до самых последних дней. Люди ее любили. Да и не любить ее было нельзя!

Да и забыть ее нельзя! Ее забыть нельзя!

 

===================================

Примечание: Очерк был написан по просьбе коллег в 2015 году при создании мемориального сборника, посвященного  Карповой Тамаре Ивановне. 

 
« Пред.   След. »