Профсоюз мигрантов
Раздел: Главная arrow Post Scriptum arrow POST SCRIPTUM arrow Переводы Б.Я.Крылова
Переводы Б.Я.Крылова Печать E-mail
23.03.2012 г.

...............................

 

Переводы Бориса Яковлевича Крылова
 
        Снегопад
Франц Верфель (1890-1945),
австрийский писатель и поэт
 
Медленно  падает  белый  снег
непрерывным  полетом  вуали.
Если  острым глазом взглянуть,
то  нельзя  не увидеть  детали: 
у каждой  снежинки  свой век,
свой вес,  свой номер и  путь.

Вы  крУжитесь  в танце,  снежинки!
Вы,  крошки,  как люди  с душою. 
Падения,  взлеты и  ветра жало -
всё  оставляет  на вас  щербинки.
Ваши  судьбы  летят  предо мною:
начало,   конец,  и   снова начало…

Одна  снежинка  пушиста и  нежная,
другая - ершиста и  кристально тверда,
третья  сжалась  в комок,  как цапля.
И когда  растAет   царство  снежное,
ни  одна  снежинка  не умрет  никогда.
Самые  чистые  превратятся  в капли.

О, медленный  снегопад на планете!
Поколений  непрерывная  череда.
Ни  одна  судьба  не исчезает в звоне.
Мы  таем, но  остаемся навсегда,
когда  нас смерть, как теплый ветер
капли, всех собирает в своем лоне.
Перевод с немецкого
Бориса Крылова, май 2009 г.
 
 
 
Смирение
Рохелио Синан (1902-1994),
панамский поэт и прозаик
 
Я слышу, как звонят колокола
По каждой ветке, что срывает вечер.
И солнце каждый день уходит
За горизонт, торжественно и просто.

От каждой ветки, как слеза опавшей,
Останется лишь плод засохший.
И если стрелок ход меня не забывает,
Забуду сам забвение я свое.

Как быстро исчезают тени
В спокойном одиночестве и непрерывно.
А перерывы, что дает надежда,
Это как звезд мерцанье в ночном небе.

Пусть же звонят колокола.
Пусть высохнут все слезы скорби.
И слава мне от этих четырех стихов-
Это последнего салюта слава.

Жить будто дерево, чтобы забыть
О своем бессмертии воспетом.

Как час, что длится только один час,
И знать, что листьям, раз опавшим,
Уже не суждено на ветви возвратиться.
 
Вернуться к самой исходной точке,
Увековеченной кристаллом наслаждения.

Слиться воедино с гроздью виноградной,
Морем, облаком и всей природой.

И раз уж все есть звон и смерть, и дым,
То как отрадно полететь листом осенним
И исчезнуть быстро и печально!
 
Перевод с испанского
Бориса Крылова ,май 2009 г.
                         Счастливчик

Эрнст Вильгельм Лотц (1890-1914) - немецкий поэт-экспрессионист, погиб на западном фронте в Первую мировую войну.

Придет то время трудное, лихое,
Возьмет меня костлявою рукой.
Его преодолеет моя воля,
Плоть не узнает кабалы мирской.

Я буду спать, закутавшись в постели,
Давать покой уставшему уму.
И по привычным стукам сердца в теле
Воображать, счастливчик, что живу.

И рядом дни будут идти не ново,
Протягивать мне руки с огоньком.
Но я, весь погруженный в тайны крови,
Спать буду дальше беспробудным сном.

Сны жуткие приснятся мне, дурные.
Солнце забегает в моей крови.
Вокруг слетятся звезды молодые
Испить мой творческий огонь любви.

Придет то время трудное, лихое,
Но ускользну я от его оков.
В пустом пространстве я себе построю
Дом из волшебной силы моих снов.

Перевод с немецкого
Бориса Крылова,  март 2011 г.
 
Встреча
 
Чеслав Милош (1911-2004) – польский поэт, лауреат Нобелевской премии по литературе 1980 г.
 
Мы ехали перед рассветом через замерзшее поле.
Красное крыло чуть забрезжило в ночи.
 
Вдруг заяц пробежал прямо перед нами,
И один из нас показал на него рукой.
 
Это было давно. Уже нет в живых
Ни зайца, ни того, кто его заметил.
 
Боже всевышний! Где ж они? Куда ушли
Блик руки, следы зайца, хруст мерзлой земли?
Не из скорби спрашиваю, а для разумения.
 
Перевод с польского
Бориса Крылова,  ноябрь 2011 г.
 
« Пред.   След. »